Возвращение халифата

Превращение террористической организации «Исламское государство Ирака и Леванта», о которой мало кто знал до июльского прорыва ее боевиков на территорию Ирака, поддержанной местными союзниками и поставившей под сомнение существование этой страны как единого целого, в «Исламское государство», то есть халифат, оценивается специалистами по-разному.

 

По-разному оцениваются и перспективы новообразования, как и его «халифа» – Абу Бакра аль-Багдади, на протяжении большей части его жизни, начавшейся в иракской Самарре в 1971 году, известного как Авад бен Ибрагим аль-Бадри.

 

Кто-то говорит о завершении эпохи ближневосточных государств, созданных на руинах Османской империи в соответствии с соглашением Сайкса-Пико. Или о надвигающемся пересмотре постколониальных границ – не только на Ближнем и Среднем Востоке, но и в Африке. О приближении глобального столкновения шиитов и суннитов, точнее, Ирана и Саудовской Аравии. О том, что курды наконец-то почти через сто лет после того, как им было обещано «мировым сообществом», получат независимое государство. О радикально-исламском завершении «арабской весны», которая, разрушив изжившую себя систему дряхлого военного авторитаризма почти во всех странах, через которые прокатилась, привела к власти кого угодно, только не вестернизированную либеральную молодежь.

 

Кто-то пишет об очередном, не исключено, фатальном провале американской политики на Ближнем Востоке – всей в целом или только курса действующей администрации в зависимости от отношения того или иного эксперта к президенту Обаме, которого обвиняют в пристрастии к контактам с исламистами, в ущерб старым союзникам США. О том, что сложившаяся ситуация выгодна Тегерану или, напротив, Эр-Рияду, Дохе или Иерусалиму, Дамаску или Каиру... О бессилии западного сообщества перед лицом реальных вызовов и о том, что обрушение стабильных режимов в рамках силового продвижения на Ближнем Востоке демократии западного типа стало нормой. Сколько обозревателей, столько и мнений.

 

Демонстративное игнорирование того простого факта, что исламские радикалы не могут быть и не будут использованы Западом лишь в качестве инструмента давления на излишне самостоятельных ближневосточных лидеров, но в конечном счете останутся единственными победителями в гонке за власть, дало неизбежный результат. Ирак не продемонстрировал ничего, что не было известно задолго до того – в Иране и Афганистане, Тунисе и Ливии, Египте и Йемене, Сомали и Судане. Наконец, в Сирии, на территории которой ИГИЛ, насыщенный иност